Мой бадминтон

Мой бадминтон

автор : Борис Минаев

Я прекрасно помню, как началась эпоха бадминтона.

Это было 1 мая 1993 года. По Москве шли колонны демонстрантов, огромные многотысячные колонны. Было ясно, что там что-то происходит. Что-то грозное, неприятное, страшное. Вскоре по радио сообщили, что "красный" грузовик неожиданно дал задний ход и задавил милиционера. Ельцин потом ездил на его похороны, извинялся, что не уберегли человека.

А мы в этот момент впервые в жизни играли в бадминтон через сетку. За городом, в Малаховке.

Это было классное, удивительное ощущение: мы, взрослые дядьки, кричали, как дети, бегали по площадке, падали, изнемогая от восторга, играли до упора, до радуги пред глазами, еще не очень соображая, во что мы играем. Пока жены и любимые девушки не загнали нас ужинать. И дети смотрели на нас с восхищением.

...Прошло лето.

Почти каждую субботу мы встречались в лесу за кольцевой автодорогой, вбивали колышки и растягивали веревочки. То есть делали площадку.

Кстати, о площадке. И вообще о бадминтоне.

Для того чтобы играть в спортивный бадминтон, надо знать правила, то есть знать, что это не просто перекидывание волана с ракетки на ракетку (чем выше, тем лучше) на свежем воздухе, а совсем другое, принципиально другое занятие.

Во-первых, это игра для закрытых помещений (хотя мы этого тогда не знали). Ветер - враг бадминтона, так же как огонь - враг шашлыка.

Во-вторых, нужно кое-что нарисовать, прежде чем играть, - масляной краской на полу, хотя мы, повторяю, натягивали бечевки на колышки, когда играли в лесу на поляне, потом цеплялись за эти бечевки и падали. Но с упорством маньяков вбивали колышки и натягивали веревки, чтобы спотыкаться и падать. Есть, впрочем, еще более экзотические способы разметки. Например, прорыть канавки и уложить в них ржавые трубы определенного диаметра, чтобы они слегка виднелись из земли (так устроены самодельные площадки в Царицыно). Можно также засыпать канавки желтым песком (пробовали у меня на даче). А можно купить за тысячу долларов специальный синтетический ковер. Уже с разметкой. Арендовать зал и открыть спортивный клуб.

Как говорится, что вам легче.

...В общем, тем или иным способом чертится площадка, небольшая, примерно на четверть теннисного корта (точные размеры узнайте на сайте volan.ru). На уровне носа (человека среднего роста) натягивается сетка. Есть задний и боковой коридор (боковой не учитывается при игре в одиночку). Дальше задача простая - вы бьете, они должны отбить.

Играют бадминтонисты не той ерундой, что продается в детском мире или в отделе "Подарки", а фирменными ракетками, от 30 до 150 долларов за штуку, фирменными же пластмассовыми воланами, от двух долларов. На соревнованиях летают исключительно воланы перьевые - китайцы по-прежнему делают их из натурального пера.

Англичане, как известно, придумали все виды спорта, и эту игру - странную разновидность тенниса - придумали тоже они, а вот играют в нее лучше всего в Китае, Индонезии, других азиатских странах, почему-то еще в Дании и немножко в других Европах, среди которых есть, к счастью, и наша Россия. Что же еще?

Это олимпийский вид спорта.

В СССР этот спорт привез Н.С.Хрущев после визита к коммунистам Индонезии (вскоре после визита их там всех расстреляли), был страшным фанатом игры, бегал, прыгал, бил, но потом допрыгался и добегался. А бадминтон остался...

Остальное объяснить невозможно в принципе.

Осенью 1993-го мы наконец нашли зал. Играть начали в октябре. Это был исторический шаг вперед. Мы арендовали помещение! Как белые люди! Дирекция, правда, долго не хотела пускать нас, объясняя свое поведение отсутствием разметки. Но в конце концов мы договорились до того, что пока будем чертить разметку каждый раз наново - мелом и затирать ее после игры. Это было довольно занудное занятие, но другого выхода не было: масляная краска сохнет два дня, а до нас зал занимали юные теннисисты, после - футболисты. Аренда проплачивалась за месяц вперед, и ради нас, безумных бадминтонистов, никто не собирался лишаться живых денег.

Больше того, за неуплату нас уже хотели выгнать совсем, как вдруг мы договорились с дирекцией (до сих пор я не совсем понимаю, как именно).

Все эти дни в Москве происходили события. Верховный совет вооружался, восставший народ громил милицию, снайперы пуляли во все живое, восставший Хасбулатов гнал грузовики на Останкино, Грачев вводил танки, "Альфа" не хотела ввязываться в дело...

Все, что потом было описано и мифологизировано с разных сторон, мы каким-то образом пропустили. Мы играли в бадминтон и мечтали о постоянной разметке, чтобы не мазаться мелом и не чертить этих ужасных кривых линий.

Мы были счастливы и безумны.

Взрослые мужики, что мы забыли в этом типографском спортзале? Ведь это был не теннис и даже не футбол. Всего лишь бадминтон. Ожидание субботы стало какой-то болезнью. "Я живу лишь для того, чтобы поиграть в бадминтон в субботу", - говорил один мой друг в это время.

Меж тем в стране были назначены досрочные выборы в новый парламент на 12 декабря и референдум по поводу Конституции. Мы же с нетерпением ждали другой даты. 30 декабря, ночью, дирекция милостиво разрешила нам сделать разметку по трафарету масляной краской. Потому что 31-го и 1-го у теннисистов и футболистов занятий не было. Ночью мы собрались в холодном и пустом зале и, вооружившись краской и кисточкой, самозабвенно наносили желтые линии на коричневые облупившиеся доски. Потом выпили водки и побежали в метро, чтобы успеть на последний поезд.

Это было ни с чем не сравнимое счастье...

Шли годы. Компания менялась. В нее входили физики и полиграфисты, детские писатели и переводчики с китайского, веб-дизайнеры и журналисты, демографы и бизнесмены. Приходили женщины. Дети. Иногда эта самозваная секция набирала до 10-12 человек, иногда приходилось играть втроем, что было крайне противно. Обычно в бадминтон играют пара на пару.

На "одиночку" у сорокалетних мужиков, как правило, не хватает дыхалки.

Дети обожали спортзал. До сих пор я вспоминаю эти годы раннего бадминтона с ощущением, что это и было мое счастье, моя главная жизнь, моя странная, бедная, ни с чем не сравнимая гармония.

На лето спортзал закрывался.

Помаявшись в одном-другом парке без площадки и без разметки, мы наконец обнаружили Царицыно. Было известно, что там играют "бывшие спортсмены". Когда мы с другом пришли туда впервые, один из этих страшных людей предложил поиграть с нами. "Только можно я буду один против двоих, а играть буду левой рукой?" - произнес он роковую фразу, после которой даже начинать, конечно, не стоило. Это был позор, но позор веселый.

Так мы открыли, что кроме нас в Москве огромное количество таких же взрослых фанатиков этой игры. Только играют они гораздо лучше нас, неофитов, и играют повсюду.

...Бадминтон - игра, содержащая в себе тайну. Загадочная игра.

Как, впрочем, и любая другая.

Но бадминтон не просто игра, а секта.

Чем отличается традиционная церковь от секты, вы, наверное, знаете. Если не знаете, попробую объяснить.

Церковь стоит на твердой земле. В ней все понятно. Все логично.

Кроме того, это, безусловно, прибыльное предприятие. Очень прибыльное.

Приводя ребенка в теннисную или хоккейную секцию, в большой или маленький дворец спорта, вы, безусловно, приводите его в церковь. Вы вместе с ним хотите попасть в рай. И даже если ничего из "рая" у вас с ним не получается, все равно причастным, причащенным к этому миру вы себя чувствуете - и ваш ребенок тоже. В какой-то мере вы там уже побывали.

Боулинг - тоже церковь. Если вы видели фильм "Большой Лебовски", это сравнение будет вам особенно понятно.

Есть адепты, на деньги которых эта церковь, где надо катать шары и сбивать кегли, замечательно существует.

Да и любой вид спорта - церковь.

Там есть мечта что-то выиграть. Куда-то попасть. Достичь. Получить. Есть своя дорога в рай.

Пусть воображаемая, но дорога.

В любом баре любой полупьяный человек, мечущий дротики в мишень или гоняющий шары по столу, теоретически может мечтать об этом рае - о том, чтобы стать чемпионом, выиграть деньги у новичков, чтобы хоть что-то получить от этого занятия.

Даже теннисисты, играющие "для себя", прекрасно знают, для чего они это делают (кроме пресловутого здоровья). Теннисисты играют в большом и престижном виртуальном теннисном клубе. Там все красиво. Там все в белом. Там загорелые девушки в коротких юбках (собственно, ради них и происходит все остальное). Там отели на море. И закрытые клубы в тихом лесу. Там тоже есть своя дорога в рай. В воображаемый рай. В большой теннис, где играют большие люди.

Все известные мне бадминтонные секты отличаются тем, что люди, входящие в них, уже в раю. Это потный и веселый рай. Совершенно непрезентабельный и очень демократичный.

Члены этой секты не мечтают ничего выиграть. Они уже выиграли. И одновременно они живут земной жизнью. Вот это и есть отличие всех сект от традиционной церкви.

Нет, конечно, и в нашей стране есть настоящие бадминтонные спортклубы, соревнования, и школа олимпийского резерва, и студенческие универсиады, где играют юные честолюбивые люди, которые, как им и положено, мечтают о медалях.

Но я-то говорю не о них. Я говорю о нас.

О сектантах.

Вы никогда не хотели быть спортсменом. Вы никогда не занимались этим спортом. Вам в принципе несвойственны такие вещи, как воля к победе, спортивный азарт, вы никогда не думали, что можете кричать на товарища по команде, оскорблять его, бросаться ракетками об пол, психологически давить на соперников, отпускать грубые шутки или радоваться тому, что, видите ли, удачно попали или отбили. Вы всегда считали себя интеллигентным человеком.

И вдруг вы находите в себе все это!

Почему именно этот спорт пробуждает грубые инстинкты у интеллигентов, я не знаю. Это одна из загадок бадминтона. В любой бадминтонной секте, куда бы вы ни пришли, вас сопровождает это странное ощущение, что кругом - свои. Грубо говоря, очкарики. Даже если они без очков. Сектанты и интеллигенты.

Пробуждение в очкарике свирепого бадминтониста - удивительная вещь. И в бадминтон почти всегда играют интеллигентные люди, которым хоть раз в неделю хочется побыть другими, не очень интеллигентными.

Странно, но факт.

К выборам 1996 года нам пришлось перебраться в другой спортзал, куда можно было доехать только на машине или на автолайне от ВДНХ. Это было не очень удобно. На время вернулся Леня. Но только на время. К тому времени сформировалась маленькая, но дружная компания, которая была практически неизменной. Рыжий из нее, к сожалению, выпал, ему было жалко в субботу тратить три часа на дорогу, Шамиль тоже, зато Котляр приезжал в любом состоянии, даже с сильнейшего бодуна.

Меня все ругали за то, что я по субботам хожу в театры.

- Что ты там нашел! - орали на меня в раздевалке. - Это же просто смешно!

Дефолт 1998-го ударил по всем сторонам жизни: по работе, по досугу и даже по еде. Но за аренду зала мы продолжали исправно платить, отказывая себе даже в кружке пива после спорта и уж тем более в такси.

Хотя ездить теперь приходилось тоже далеко - в Свиблово.

Там к нашей компании присоединился бухгалтер Коля.

Милейший парень.

Именно там, в Свиблово, в душной и тесной раздевалке метрополитеновского спортзала, я вдруг осознал, что те люди, с которыми я когда-то начинал: мои старые друзья, друзья моих друзей, ребята с улицы Правды (смешное название, всю жизнь его любил), их жены, дети и любовницы - все они практически покинули это сообщество, в котором остались одни лишь "бадминтонисты", то есть люди, которых связывает только спорт по субботам. И больше ничего.

В этой печальной тенденции был заложен какой-то смысл, и я долго старался понять - какой именно. Компания распалась. В ней остался ее главный застрельщик, Лева, мой старый друг, который всегда был нашим "паровозом", но и с Левой что-то произошло. Он стал частенько говорить на больную для меня тему о том, что уровень моего мастерства явно недостаточен, что он давно уже играет три раза в неделю, в то время как я и раз в неделю прийти не могу, что есть нормальные залы, где собираются профессиональные люди, и если я хочу...

Но я не хотел.

Меня вполне устраивала старая схема.

Но, к сожалению, в спортивном бадминтоне бывают очень неприятные травмы. Диаметр волана, увы, полностью совпадает с диаметром глаза. Однажды я попал в больницу и исчез из спортзала надолго. На полгода. А когда вернулся, последняя наша точка в Свиблово прекратила свое существование.

Прошла эпоха ласкового и счастливого эскапизма. Эпоха бадминтона.

Это была удивительная, сногсшибательная эпоха 90-х. Которую я так любил.

В ней росли наши дети и беспричинно веселились наши женщины.

В ней все было не страшно.

В ней всегда можно было от всего спрятаться. В любое занятие. Это была эпоха великих культурных революций. Абсолютно мирных и счастливых. Личных революций. Бадминтон стал одной из них.

И когда вас спросят эти так называемые последующие поколения (хотя никаких других поколений, кроме своего, конечно, не существует, есть просто враги): "Как же вы пережили эти страшные годы?" - ответ будет странен: "Мы пережили эти годы благодаря бадминтону". Это могло называться по-всякому. Как угодно. Но главное было в том, что нам было куда уйти. Куда спрятаться. В своем кругу. Время нас не занимало. Не трогало. Все его вызовы и угрозы мы просто пропускали мимо ушей.

Мы жили, как хотели. И именно это и было важно.

Именно так я и собираюсь прожить до конца. Другого способа я не знаю и не хочу знать. Но только, увы, теперь один. Потому что бадминтон уже кончился.

Источник: http://www.russ.ru/pole/Moj-badminton

Средняя: 5 (1 оценка)

Комментарии

Оставить комментарий

Или войдите с помощью..